Русская церковь не скачет. О реакции на заявления киевского раскольника

Русская церковь не скачет. О реакции на заявления киевского раскольника

Ирина Алкснис, для РИА Новости

Когда 12 февраля 2016 года в международном аэропорту Гаваны состоялась без преувеличения историческая встреча патриарха Московского и всея Руси Кирилла и папы римского Франциска, это вызвало просто вал аналитики и интерпретаций произошедшего. Во многих мнениях высказывались предположения и догадки по поводу того, какие причины заставили так резко и быстро организовать встречу глав ключевых мировых церквей, да еще исторически имеющих крайне непростые отношения.

На всю это многословную и многосложную конспирологию с некоторым недоумением смотрели люди, посвященные в церковные дела. Их позиция сводилась к тому, что к началу 2016 года действительно сложился ряд факторов, благоприятствовавших встрече патриарха и папы, но вообще-то работа по ее организации довольно активно — пусть и с периодическими перерывами — шла последние лет… пятьдесят.

Еще более показательная история произошла со Всеправославным собором, первым за много столетий мероприятием всех признанных поместных православных церквей, который должен был состояться в том же 2016 году на Крите. Однако чуть ли не в последний момент от участия в нем отказались несколько церквей, включая РПЦ, и собор потерял свой всеправославный статус. Однако представители церкви отнеслись к этому философски, как бы подразумевая, что ничего страшного не произошло и через пару-тройку веков можно будет вновь пробовать собраться.

Эти истории наглядно иллюстрируют различие подходов к проблемам у современных институтов (и людей) и церкви. Церковь — настоящая церковь — никуда не торопится. Она в буквальном смысле все меряет масштабами столетий. Нет ни одного вопроса, рассмотрение которого нельзя было бы отложить на пару-тройку десятилетий, а то и веков. Если же проблему отложить нельзя, значит, она в принципе сиюминутна и не настолько важна, чтобы церковь вообще обращала на нее свое внимание.

Данное обстоятельство является ключевым для понимания текущей скандальной ситуации вокруг письма главы самопровозглашенной Украинской православной церкви Киевского патриархата Филарета к Архиерейскому собору РПЦ, состоявшемуся в конце прошлой недели.

Письмо вызвало просто море версий и толкований.

Представители так называемого Киевского патриархата сначала вообще отрицали его отправку, потом подтвердили его подлинность, но заявили, что в Москве его неверно истолковали. При этом, по словам Филарета, его письмо стало ответом на некую инициативу РПЦ.

В целом самопровозглашенный патриарх очень много говорил за последние дни. Например, заявил, что Киевский патриархат никогда не вернется в РПЦ и что он не согласовывал свое письмо с Киевом. Кроме того, Филарет заверил, что никогда не покинет свой пост главы УПК КП, поддержал закон против УПЦ МП и назвал условие для диалога с РПЦ.

Кроме того, Филарет сделал еще несколько откровенно противоречащих друг другу заявлений от «единство  имеет для нас большее значение, чем автокефалия» до «от своей позиции — автокефалии Украинской церкви — не отступал бы». И все это на фоне явного выпрашивания у Кирилла встречи с ним (разумеется, формально по инициативе московского патриарха).

В общем, суетливость, хлопотливость и суматошливость. Качества вполне понятные и часто встречающиеся в современном мире, но весьма странно выглядящие в исполнении организации, претендующей на статус церкви, и ее иерарха.

В свою очередь, в России обращение и последующие комментарии от УПЦ КП также вызвали бурную и весьма разнообразную реакцию: от радости (что Филарет якобы раскаялся в расколе) до алармистских предупреждений, что все это провокация и ловушка против РПЦ. Впрочем, хватает и конспирологических версий, согласно которым причиной происходящего является кризис внутри организации Филарета из-за возраста и состояния здоровья того.

…А что же официальная реакция РПЦ во всей этой суматохе и скандальных разбирательствах?

Во-первых, Архиерейский собор РПЦ посчитал письмо Филарета «шагом к преодолению раскола» на Украине и создал специальную комиссию для переговоров с «так называемым Киевским патриархатом», если тот в дальнейшем предпримет «соответствующие действия».

Во-вторых, в РПЦ отказались комментировать заявления Филарета и представителей его организации и вступать с ними в «заочную дискуссию».

В-третьих, патриарх Кирилл выразил поддержку украинскому епископату, в чьем «сердце любовь к тем, кто отделился», однако ни словом не упомянул Филарета и его организацию.

И все.

В общем, вполне привычная позиция церкви, которая никуда не торопится и может подождать столько, сколько потребуется.

Это различие обнажает пропасть, лежащую между Московским патриархатом и раскольниками из КП. Последние упорно меряют горизонт событий максимум собственными жизнями и пытаются решить возникающие вопросы, каковы бы они ни были, прямо «здесь и сейчас».

Именно тут лежит причина, по которой какая бы интрига ни лежала в основе присланного Филаретом в Москву письма, она не станет ни провокацией, ни ловушкой для РПЦ. Ведь чтобы успешно расставить ловушку тому, кто меряет перспективу веками, самому надо мыслить столетиями. А с этим у Филарета и его организации явные проблемы.

Впрочем, как минимум одно последствие произошедшего можно с уверенностью прогнозировать уже сейчас.

Покаянное письмо самопровозглашенного патриарха Филарета Архиерейскому собору нашло свое надежное пристанище в архивах Московской патриархии и при необходимости будет извлечено: хоть через пять лет, хоть через пятьдесят, хоть через пятьсот.

Источник: РИА новости

Вознаграждение 0 руб за Нет просмотров
08:25
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!